Классовое и цивилизационное (окончание)

Окончание

Заслуга Сталина (и его окружения) в том, что он понял - без «вертикального» человека, укорененного в своем историческом бытии, не будет человека, вообще. И не будет никаких побед: ни трудовых, ни военных, ни духовных. Он почувствовал и воспринял общественные чаяния, общественный запрос.


Г. Федотов писал в эмиграции в начале 1936 г.:

«Начиная с убий­ства Кирова (1 декабря 1934 г.), в России не прекра­ща­ются аресты, ссылки, а то и расстрелы членов комму­ни­сти­че­ской партии. Правда, проис­ходит это под флагом борьбы с остат­ками троц­ки­стов, зино­вьевцев и других групп левой оппо­зиции. Но вряд ли кого-нибудь обманут эти офици­ально приши­ва­емые ярлыки. Дока­за­тель­ства «троц­кизма» обык­но­венно шиты белыми нитками. Вгля­ды­ваясь в них, видим, что под троц­кизмом пони­ма­ется вообще рево­лю­ци­онный, клас­совый или интер­на­ци­о­нальный соци­а­лизм.

Collapse )

Классовое и цивилизационное

Я предлагаю Минина расплавить,
Пожарского. Зачем им пьедестал?
Довольно нам двух лавочников славить,
Их за прилавками Октябрь застал,
Случайно им мы не свернули шею.
Я знаю, это было бы под стать.
Подумаешь, они спасли Россию!
А может, лучше было не спасать?

Дж. Алтаузен

Джек Алтаузен, хотя бы смягчал свой приговор вопросительной интонацией. А нынешние леваки рассуждают строго императивно.
Этот пост навеян полемикой с нашими современными леваками (не путать с левыми) на различных ресурсах.

Конечно, либеральная, прозападная общественность от русофобии никогда не отказывалась. Однако, казалось бы, «левая мысль», воспринимающая либералов как своих антиподов, после эпохи,  «решительно осужденной партией» во второй половине 30-х годов, уже никогда не вернется к «прошлому».

А вот никогда не говори «никогда».

Начать, пожалуй, следует с того, что весь «пирог» человечества вертикальными гранями делится на национальные и цивилизационные «ломти». Это факт очевидный.
Сами национально-цивилизационные «ломти» уже горизонтальными гранями делятся на сословно-классовые слои. Эта «слоеность» возникает исторически в процессе органичного развития каждой нации или цивилизации (каждого «ломтя»), а потому природа одноименных «слоев» в национальных «ломтях» также весьма различна. Например, русский крестьянин, немецкий бауэр и американский фермер практически не имеют ничего общего, ибо являются наиболее укорененными в национальной почве слоями, т. е. отражают в себе, прежде всего, цивилизационное различие «ломтей».

Все единое противоречиво в своих частях. И наличие социально-классовых противоречий внутри цивилизационного «ломтя» вовсе не отрицает его сущностного единства.

Collapse )

Размышления об эпохе национального нигилизма

                                                                   "Россия управляется непосредственно
                                                                    Господом Богом. Иначе невозможно
                                                                  представить, как это государство
                                                                       до сих пор существует".

                                                                                    Генерал-фельдмаршал Х. А. Миних


Концепция «захвата» России в 1917 году «антирусскими силами» во многом базируется на внешнем характере эпохи, отмеченной явным национально-культурным и историческим нигилизмом, эпохи,  продолжавшейся до середины 30-х годов.
Но, если Революция – это разрыв непрерывности, то как же может устоять национально-культурная традиция? Ведь это, прежде всего, ее разрыв.
Розанов был прав. Социальная смерть вступила в свои права сразу после подписания императором отречения 2 марта 1917 года. Социальная смерть подчас внешне выглядит как бурление жизни. Бурление, но без царя в голове… Так курица с отрубленной головой хаотично носится по двору.

Дезертирует солдат с фронта.

- Ну, куда ты бежишь! Ведь немец к тебе в деревню придет.
- Не-а, не придет. Мы далёко.
- А если придет?
- Ну, как-нито договоримся, чай.

Вот у такого солдата (абсолютно типичного) после отречения императора и провозглашения республики Отечества уже не было. Единственное его «отечество» на данный момент – это его крестьянская община, где мужики землю делят. Крепкие «горизонтальные» связи между людьми - только в пределах общин.    
И следует заметить, что хамское морализаторство образованных потомков здесь совершенно неуместно. 
Поведение этого солдата не безнравственное, а практически единственно для него доступное. С одной стороны, он такой, каким ему и положено было быть в РИ, а, с другой стороны, он такой, каким его сделали будущие вожди Добровольческой армии: Алексеев,  Корнилов, Лукомский, Колчак, арестовав царя и всю царскую семью и освободив, таким образом, солдата от присяги и от единственно доступного ему представления об Отечестве.

Collapse )

Надлом



Этот пост, скорее, иллюстрация к предыдущим.
https://otshelnik-1.livejournal.com/5937.html
https://otshelnik-1.livejournal.com/6662.html

Почему традиционалистская русская национальная элита не смогла в XX веке возглавить страну?

Есть люди, в судьбах которых очень ярко отражаются судьбы целых сословий или политических течений. К таким людям можно отнести и Михаила Осиповича Меньшикова, ведущего публициста дореволюционного «Нового времени».
Несмотря на то, что «Новое время» не было официозом, это было самое влиятельное издание того времени.
В. В. Розанов,  который часто выступал на страницах «Нового времени», писал:

«Было впечатление, как бы других газет не было. ...Голос всех других газет - притом довольно читаемых - был до того глух в России, до того на них всех, кроме одного "Нового времени", не обращал никто внимания - не считались с ними, не отвечали им, не боялись их ругани и угроз и, увы, не радовались их похвалам и одобрениям, как бы они все печатались на "гектографе" и вообще домашним способом... как ученические школьные журнальчики. На много лет, на десятки лет - "Новое время" сделало неслышным ничей голос, кроме своего».

Конечно, кощунственно ставить на одну доску наших «булкохрустов» и тогдашнюю элиту, зачастую своей жизнью и жизнью своих близких платившую за свои заблуждения. 
Вообще, крайне трудно обвинять в чем-то людей, которые оказались на разломе эпохи, у которых в ближайшей перспективе перед носом чекисткий наган плясал. Как у того же Меньшикова, расстрелянного осенью 1918 года без суда и следствия.
И, понятно, что любой обличительный пафос (если таковой присутствует) адресуется, не столько тогдашним исповедникам элитарного карго культа, сколько нашим современникам, нынешним их бессмысленным фанатам, хрустящим «французской булкой».
Впрочем, какие бы «хождения по мукам» ни выпадали на долю элиты, в том, что страна оказалась на разломе, прежде всего, виновата она, элита, а главным страстотерпцем в истории всегда оказывался народ.

Collapse )

Добровольческая армия - "суп из топора" (Часть 4)

Окончание

Симулякр армии. Симулякр государства

Антон Иванович Деникин ничего от нас не утаивает.

Вернее, утаивает, но и того, что пишет, нам вполне достаточно.

«Войска были плохо обеспечены снабжением и деньгами. Отсюда — стихийное стремление к самоснабжению, к использованию военной добычи. Неприятельские склады, магазины, обозы, имущество красноармейцев разбирались беспорядочно, без системы.»

Уже отмечалось, что «стихийное» самоснабжение было не совсем стихийным.
Для большей части воителей "добыча" была основным мотивом войны.
И потом, кто должен был обеспечить деникинские войска снабжением и деньгами?

Бронштейн?
Но мы слышали, что у Добровольческой армии был свой Главнокомандующий.

«Армии скрывали запасы от центрального органа снабжений, корпуса — от армий, дивизии — от корпусов, полки — от дивизий...»

А автор этих строк командовал чем-нибудь? Или армии, корпуса, дивизии и полки его не слушались, как и летом 1917 года? Вспоминаются слова ген. Краснова о партизанщине в тогда еще весьма компактной деникинской «армии» и о том, что эта либеральная партизанщина способна только распространяться вширь, захватывая в свою орбиту и все относительно здоровое.

Collapse )

Добровольческая армия - "суп из топора" (Часть 3)

Продолжение

Грабь награбленное

Дабы не сложилось впечатление, что мы все сваливаем на казаков, обратимся теперь к «русским». К тому сугубому меньшинству, интеллигентско-офицерскому, которое и следует именовать «добровольцами» или «деникинцами».


В. Шульгин нервно рефлексировал в «1920-м».

«Это был хорошенький мальчик, лет семнадцати-восемнадцати. На нем был новенький полушубок. Кто-то спросил его:
— Петрик, откуда это у вас. Он ответил:

— Откуда? «От благодарного населения» — конечно.
И все засмеялись.
…Кто это «все»?
Такие же, как он. Метисно-изящные люди русско-европейского изделия. «Вольноперы», как Петрик, и постарше — гвардейские офицеры, молоденькие дамы «смольного» воспитания...
Они смеются над тем, что это население… «благодарно» — т. е. ненавидит...!
…Вытащив из мужицкой скрыни под рыдания Марусек и Гапок этот полушубок, он доказал насупившемуся Грицьку, что паны только потому не крали, что были богаты, а, как обеднели, то сразу узнали дорогу к сундукам...
Я понял, что не только не стыдно и не зазорно грабить, а, наоборот, модно, шикарно…
«Белое дело» погибло.
Начатое «почти святыми», оно попало в руки «почти бандитов».
Collapse )

Добровольческая армия - "суп из топора" (Часть 2)


Продолжение

«Казаки от казаков произошли»

Иллюзия русского характера Добровольческой армии связана с непониманием тогдашнего мироощущения казачества и его самоидентификации.
В плане самоидентификации казаки на тот момент по отношению к коренной России ощущали себя, скорее, …иностранцами.

Конечно, подобное утверждение может вызвать решительное возражение и даже возмущение. При этом нам могут напомнить, что казаки имеют неоспоримые заслуги в деле строительства России, настолько большие, что это даже дало основание Л.Толстову заявить, что казаки, дескать, создали Россию. Нам могут с возмущением напомнить, что казаки это по-своему особо красивый субэтнос русского народа, в котором воплотились многие лучшие его черты.

Не отрицая ни одного из указанных возражений, отметим лишь, что все это не противоречит выше сказанному: в период революции казаки на территории европейской части России ощущали себя в известной степени иностранцами, «чужаками».

Collapse )

Добровольческая армия - "суп из топора" (Часть 1)


Периодически возникает потребность  свои же комментарии в чужих журналах, «лесенкой» уходящие вдаль, оформить в виде собственных постов у себя.
Снова и снова приходится сталкиваться в сети с сакраментальными утверждениями типа:

«Красная армия – это была наёмная армия из китайцев и латышей, готовая без каких-либо рефлексий убивать русских. Им противостояло белое русское движение».

Варианты разные, суть одна.
Интересно, где они такое черпают?
И ведь изъясняются одними и теми же штампованными фразами.
Ну, зачем нужны современные ангажированные посредники, когда есть воспоминания генералов: Деникина, Лукомского, Краснова, Казановича, Слащева…  Есть мемуары менее высокопоставленных  участников гражданской войны, писавших уже в эмиграции.
Понять суть происшедшего можно даже на основании однобокой антисоветской информации. Просто нужно опираться на факты, которые они сообщают, и в меньшей степени на их оценки, особенно, если они предельно идеологизированы. (И уж, тем более, не пускать в душу их личные, субъективные эмоции.)
А объемное видения событий позволяют воссоздать сами мемуаристы, которые смотрели на тогдашние проблемы с разных ракурсов, и в своих повествованиях зачастую «закладывали» друг друга не по-детски.

Collapse )

Уроки русского... от маркиза Астольфа де Кюстина (Часть 2)

Окончание

Вот суждения де Кюстина о нашем простонародье.


«Народ здесь красив; чистокровные славяне, прибывшие вместе с хозяевами из глубины России или ненадолго отпущенные в столицу на заработки, выделяются светлыми волосами и свежим цветом лица, но, прежде всего — безупречным профилем, достойным греческих статуй; восточные миндалевидные глаза, как правило, по-северному сини, а взгляд их разом кроток, мил и плутоват. Радужная оболочка этих беспокойных глаз переливается разными цветами от змеино-зеленого до серого, как у кошки, и черного, как у газели, в основе своей оставаясь синей; золотистые пушистые усы топорщатся надо ртом безупречно правильной формы, в котором сияют ослепительно белые зубы, почти всегда совершенно ровные, но иной раз остротой своей напоминающие клыки тигра или зубья пилы.»

Кстати, маркиз комплименты отвешивать не склонен, взгляд его предельно критичен в своей почти расистской европоцентричности.  Вот что он пишет о финнах, ныне признанном европейском народе.

«Финны, обитающие по соседству с русской столицей... по сей день остаются... полными дикарями... Нация эта безлика; физиономии у чухонцев плоские, черты бесформенные. Эти уродливые и грязные люди отличаются, как мне объяснили, немалой физической силой; выглядят они, однако, хилыми, низкорослыми и нищими.»

И нет высокомерному французу дела до того, что именно в это время Элиасом Лённротом был опубликован замечательный эпос финского народа «Калевала». Для тогдашней Европы финны, русские – это всё за пределами «цивилизации» - «варвары».

Collapse )

Уроки русского... от маркиза Астольфа де Кюстина (Часть 1)

                                     
                                       «...Никто более меня не был потрясен величием их нации
                                             и ее политической значительностью. Мысли о высоком
                                             предназначении этого народа, последним явившегося
                                             на старом театре мира, не оставляли меня…»

                                                                       Астольф де Кюстин. «Россия в 1839 году»


Фобия – это ненависть, неприязнь, порожденная страхом. Но у всякого страха  должны быть основания.
Говоря о русофобии Запада, мы возмущаемся беспричинностью, необоснованностью его наветов.
Но так ли беспричинна сама эта фобия, которая почти в неизменном виде проходит сквозь столетия? Её невозможно объяснить только политическим лукавством Запада, хотя господствуют именно подобные объяснения. Как правило, толкователи ограничиваются при этом констатацией эгоистических интересов Запада, и русофобия, таким образом, представляется лишь средством, идеологическим орудием реализации западных интересов.
Такое упрощенное толкование этого феномена вредит, прежде всего, России. Когда российские политики или политологи заявляют, например, что проблема в том, будто отдельные политики на Западе находятся в плену устарелых концепций «холодной войны», то становится тошно – с такими представлениями вы, ребята, нами науправляете.
Русофобия Запада - явление слишком устойчивое, слишком органичное для Запада, идущее не столько от его политического ума, сколько от его цивилизационного сердца, от его цивилизационной души. А потому вряд ли продуктивно сводить ее только к пропагандисткой лжи, направленной на достижение желаемого экономического и политического результата. 
У любой фобии есть внутренние глубинные причины, и есть внешние формы проявления. Обмануться, приняв второе за первое очень легко.  Дело в том, что признаться в истинных причинах своих страхов носитель фобии, как правило, не может. Он не может этого сделать не только по политическим причинам. Он даже сам не всегда до конца осознает истоки фобии, ибо эти страхи возникают на подсознательном уровне.      
Тем ценнее те носители этого феномена, которые способны не только на выражение страха и неприязни, но и на анализ истинных причин их возникновения. Хотя бы частично. Хотя бы в рамках бессознательного проговора.
В этом плане русофобское сочинение маркиза Астольфа де Кюстина «Россия в 1839 году» является ценнейшим в познавательном плане документом.

Collapse )